Гендерное равенство по шведски

0

Автор katoga | Рубрики Житие округ... | 22-06-2010

Микаэл Карлссон владеет сноумобилем, двумя охотничьими собаками и пятью ружьями. В свое свободное время этот бывший солдат, ставший лесником, охотится на лосей и обсуждает приучение к горшку с другими отцами. Держа на руках двухмесячного сына Сири, он не может даже подумать о том, чтобы остаться без отпуска по уходу за ребенком. «Все берут отпуск».

От центра Стокгольма до деревни Карлссона у глухого леса к югу от Арктического круга, 85% шведских отцов уходят в отпуск по уходу за ребенком. Те отцы, которые этого не делают, сталкиваются с вопросами со стороны семьи, друзей и коллег. В то время как в остальных странах идет борьба хотя бы за декретный отпуск для матерей и права женщин, Швеция может стать прообразом будущего.

В этой стране викингов мужчины оказались в центре дебатов о гендерном равенстве. Правоцентристский министр финансов – мужчина с хвостиком из волос – открыто называет себя феминистом, в рекламе чистящих средств редко можно встретить женщин в роли домохозяек, а детские сады запрещают книги, если там есть гендерная стереотипизация персонажей-животных. Вот уже почти сорок лет правительства любого политического уклона принимают законы, гарантирующие равные права женщин на работу – и равные права мужчин оставаться дома.

Шведские матери до сих пор чаще берут отпуск по уходу за ребенком – почти в четыре раза чаще мужчин. А многие из тех, кто хотел, чтобы мужчины больше внимания уделяли уходу за ребенком, теперь жаждут больше времени проводить дома.

Однако по закону как минимум два месяца щедро оплачиваемого 13-месячного отпуска по уходу за ребенком должны предоставлять только отцам. После сентябрьских выборов эта обязательная квота может быть удвоена, но она уже и так привела к глобальным социальным изменениям.

Компании привыкли к тому, что любой их сотрудник может уйти в отпуск по уходу за ребенком независимо от своего гендера, и не наказывают отцов, когда речь идет о повышении. Это положительно отразилось на уровне доходов женщин и привело к изменению роли отцов семье. Считается, что именно эти факторы частично объясняют снижение уровня разводов в Швеции и рост совместной опеки над детьми после развода.

Возможно, еще более впечатляющий пример этой социальной инженерии – это появление нового определения мужественности.

«Многие мужчины больше не хотят, чтобы их определяла только их работа», – говорит Бенгт Вестерберг, который длительное время был противником квот, но как заместитель премьер-министра участвовал в поэтапном внедрении декретного отпуска для отцов в 1995 году. «Многие женщины теперь ожидают, что их мужья возьмут хотя бы временный отпуск для ухода за детьми».

Биргитта Охлссон, министр по делам Европы, описывает это следующим образом: «Мачо с ценностями динозавров больше не попадают в десятку самых привлекательных мужчин по рейтингам женских журналов». Охлссон, которая лоббировала большее внимание к отцам среди правительств Евросоюза, профессор юриспруденции, собирается взять декретный отпуск, когда у нее самой родится ребенок.

«Теперь мужчины могут сохранить успешную карьеру и быть ответственными папочками, – добавляет она. – Это новый стандарт мужественности. Более целостный».

В Споланде София Карлссон, офицер полиции и жена Микаэла Карлссона, говорит, что ее муж кажется ей наиболее привлекательным, «когда он в лесу со своим нарезом за плечом и ребенком на спине».

В этом новом мире полов некоторые женщины жалуются, что шведские мужчины слишком политически корректны, чтобы флиртовать в баре. И некоторые мужчины признаются в периодической неуверенности. «Я знаю, что моя жена ожидает, что я возьму декретный отпуск, – говорит известный радиожурналист, который недавно взял отпуск на шесть месяцев, когда родился его третий ребенок, и который предпочел сохранить анонимность. – Но если я останусь на необитаемом острове с ней и Тарзаном, то я надеюсь, что она все равно выберет меня».

В 1974 Швеция стала первой страной, которая ввела декретный отпуск для людей обоих полов. В то время лишь немногие мужчины брали такой отпуск, и их называли «бархатные папы».

Несмотря на правительственные кампании (в одной из них снялся чемпион по поднятию тяжестей, который укачивал ребенка на бицепцах), число отцов в отпуске застряло на 6%. Именно тогда, в 1991 году, Вестерберг вошел в правительство.

Швеция уже обогнала многие страны в облегчении положения для работающих матерей. Начиная с 12 месяцев у детей есть доступ к детским садам, которые получают щедрые государственные субсидии. Родитель, ушедший в отпуск по уходу за ребенком, в течение года почти полностью сохраняет свою зарплату, прежде чем возвращается на свое рабочее место, чья сохранность гарантируется законом. Оба родителя имеют право на шестичасовой рабочий день, пока их дети не начнут ходить в школу.

В результате всех этих мер число работающих женщин и уровень рождаемости резко выросли и остаются самыми высокими среди развитых стран.

«Я всегда думал, что если женщинам будет проще работать, то семьи постепенно выберут более равное распределение отпуска по уходу за ребенком, – говорит Вестерберг, которому сейчас 67 лет. – Но постепенно я пришел к выводу, что выбора как такового нет».

Швеция, считает он, попала в порочный круг. Женщины продолжали брать отпуск по уходу за ребенком не только во имя традиции, но и потому что их заработная плата зачастую была ниже, чем у мужа, а это, в свою очередь, поддерживало неравенство в оплате труда. Компании, тем временем, ясно давали понять мужчинам, что если они будут оставаться дома с ребенком, то это помешает их карьере.

«Общество – это зеркало семьи, – говорит Вестерберг. – Можно добиться равенства в обществе, только добившись равенства дома. Необходимая часть этого процесса – равное участие отцов в уходе за детьми».

Введение «отпуска пап» в 1995 году немедленно оказало воздействие. Отцов не заставляли оставаться дома, но если отец этого не делал, то семья теряла один месяц субсидий. Вскоре более 8 мужчин из 10 брали отпуска по уходу за ребенком. В 2002 году был добавлен второй обязательный месяц отпуска для отцов, который лишь немного увеличил это число, но средняя продолжительность отцовского отпуска возросло более чем в два раза. Государственные деньги обеспечили должный стимул и стали аргументом против упрямых начальников.

Реже всего берут отпуска мужчины, занимающиеся собственным бизнесом, живущие в деревенских районах и из иммигрантских сообществ, говорит Налин Пекгул, глава женской федерации Социал-демократической партии. В пригороде Стокгольма, где живет она сама, и где проживает много иммигрантов, традиционные гендерные роли практически не изменились.

Однако папин отпуск оказал свое влияние. Исследование, опубликованное в этом марте Шведским институтом оценки политики рынка труда, показало, например, что будущие заработки матери увеличиваются в среднем на 7% на каждый месяц, когда отец берет отпуск.

Среди людей с университетским образованием все больше пар делят отпуск поровну, некоторые меняются каждые несколько месяцев, чтобы ни один из родителей не играл доминирующий роли и не оставался вне работы слишком долго. Чем выше статус женщин, тем больше их решения напоминают мужские: лишь немногие исполнительные директора уходят в декретный отпуск – но это в равной степени относится и к мужчинам, и к женщинам.

Родители могут истратить 390 дней оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком по собственному усмотрению до восьмилетия ребенка (месяцами, неделями, днями и даже часами). Правда, работодатели из самых маленьких частных фирм с трудом приспосабливаются к подобной схеме.

В то время как Швеция, страна с населением в девять миллионов человек, приняла стратегическое решение добиться большей занятости женщин во время бума 1960-х годов, другие страны начали привлекать мужчин-иммигрантов. Население Европы снижается, растет нехватка трудовых ресурсов, и многие страны начинают изучать шведскую модель, говорит Питер Мосс, эксперт по политике отпуска в Институте образования Лондонского университета.

США – страна с низкими налогами и традиционной подозрительностью к любым вмешательствам в дела семьи – к таким странам не относится. Португалия – это единственная страна, где был введен обязательный отпуск для отцов, но только на одну неделю. Вероятно, Исландия зашла дальше всех – она зарезервировала три месяца отпуска для отцов, три месяца отпуска для матерей и разрешила родителям делить еще три месяца вместе.

Тем не менее, эта тенденция больше не ограничивается маленькими странами. Германия, где проживает почти 82 миллиона человек, скопировала шведскую модель в 2007 году, зарезервировав два из 14 месяцев оплачиваемого отпуска для отцов. В течение двух лет число отцов, берущих отпуск по уходу за ребенком, возросло с 3% до более чем 20%.

«Это показатель довольно значительных изменений», – говорит Кимберли Морган, профессор Университета Джорджа Вашингтона и эксперт по отпуску по уходу за ребенком. Если Германия может это сделать, говорит она, то «большинство стран тоже могут».

Если социал-демократы победят во время шведских выборов 19 сентября, как предсказывают опросы общественного мнения, то партия продлит обязательный отпуск для каждого родителя до четырех месяцев, говорит Мона Сахлин, лидер партии, которая может стать первой женщиной на посту премьер-министра Швеции.

Сахлин, член Парламента, у которой трое детей, делила отпуск по уходу за ребенком с мужем. Она знает, что эта мера вряд ли будет популярной.

«Иногда политикам приходится обгонять общественное мнение», – говорит она, отмечая, что первоначально папин месяц вызвал большие протесты, но теперь стал ожидаемым и общепринятым явлением.

На самом деле, матери зачастую проявляют наименьший энтузиазм. Опрос 2003 года Агентства социального страхования показал, что наиболее частая причина, по которой отец не берет отпуск по уходу за ребенком – это предпочтения матери, говорит Энн-Зофи Дувандер, социолог Стокгольмского университета, которая работала на тот момент в агентстве.

Энн-Мари Прхат из Шведской федерации профессиональных работников говорит, что она была решительно настроена поделить отпуск по уходу за ребенком с мужем. После многих обсуждений, «мы практически подписали контракт – шесть месяцев для меня и шесть месяцев для него».

Спустя пять месяцев отпуска она наслаждалась временем со своим сыном. Может быть, ей остаться в отпуске еще на несколько месяцев, спросила она мужа. «В результате, – говорит она. – Мне удалось добиться только еще одного месяца».

Восемь из 10 отцов теперь берут треть из 13 месяцев отпуска – и 9% отцов берут 40% всего времени – по сравнению с 4% десять лет назад.

Наиболее впечатляющие цифры были достигнуты в городах, таких как Стокгольм, но и в этом отношении есть несколько сюрпризов. Благодаря экстенсивным правительственным кампаниям северный округ Вастерботтон, где живет Карлссон, показал наивысший «папин индекс», который ежегодно публикует Шведская конфедерация профессиональных работников, говорит президент конфедерации, Стуре Нордх.

Карлос Рохас, 27 лет, шведо-испанский переводчик, является руководителем одной из новых групп отцов, которая лоббирует продление отцовского отпуска. Для него существующие достижения недостаточны. Его двухлетние близнецы, Хулиан и Матео, называют его мамой. Он и его теперь уже бывшая жена разделили отпуск по уходу за детьми, чередуя дни работы и нахождения дома.

Отцы, остающиеся дома, «до сих пор остаются родителями второго сорта», поскольку мать обычно остается дома первой и устанавливает рутину, говорит Рохас.

«Сколько отцов подстригают ногти своих детей? – спрашивает он, признавая, что он этого не делает. – Я знаю, что она этим займется, и поэтому я не утруждаю себя. Мы должны преодолеть это, если мы действительно хотим разделить ответственность».

На Содермалме, благополучном южном районе Стокгольма, дни, когда отцы брали только два месяца отпуска явно позади. Мужчины с колясками гуляют в парках, болтают в кафе, закупаются в супермаркетах или взвешивают детей в детских центрах.

Клаэс Боклунд, 35-летний веб-дизайнер взял 10-месячный отпуск для заботы о 19-месячном Гарри. Он признает, что поначалу он боялся: ребенок, готовка, уборка, бессонные ночи. Через шесть месяцев отпуска, говорит он, он обрел полную уверенность в отношении Гарри (и стрижки ногтей).

«Это и труднее, и легче, чем можно подумать», – говорит он.

Лучшее понимание того, что значит сидеть дома с ребенком, помогает объяснить резкое падение уровня разводов в Швеции с 1995 года, в то время как в остальных странах уровень разводов продолжает расти. А в тех случаях, когда пары разводятся или расстаются они чаще прибегают к совместной опеке над детьми.

Фредерик и Сесилия Фриберг оба перешли на работу неполный рабочий день, когда на прошлое Рождество родилась их дочь Илва. Он работает по понедельникам, средам и через пятницу, а жена – оставшиеся дни. Это было несложно, поскольку они оба государственные служащие. «Я хотел этого с самого начала. Каждую неделю происходит столько нового, я не хочу что-то пропустить», – говорит Фриберг, которому сейчас 31 год.

Однако время от времени всплывают и старые традиции. «Мне делают комплименты за то, что я много помогаю по дому, а Сесилия не получает подобной благодарности», – говорит Фриберг.

Тем не менее, некоторые боятся, что ситуация, когда мужчины и женщины и работают, и остаются дома с детьми, привела к кризису гендерной идентичности. «Мужеству приходит конец» из-за этой одинаковости, считает Ингемар Генс, писатель, который сам себя называет гендерным консультантом.

Это беспокоит и шведских налогоплательщиков. Налоги составляют 47% ВВП по сравнению с 27% в США и 40% в Европейском союзе в целом. В государственном секторе, знаменитом своей дружественной семье политикой, работает один из трех работников, включая половину всех работающих женщин. Семейные льготы обходятся в 3,3% ВВП – самая высокая цифра в мире, наряду с Данией и Францией, говорит Виллем Адема, главный экономист Организации за экономическое сотрудничество и развитие.

В то же время Швеция кажется хорошо сбалансированным государством, поскольку 2,1% и 40% ВВП приходятся на государственный дефицит и уровень долга соответственно – очень мало по сравнению с большинством развитых экономик сегодняшнего дня, что, вероятно, связано с фискальным менеджментом, появившимся вследствие банковского кризиса и рецессии 1990-х годов. Высокая продуктивность и политический консенсус продолжают поддерживать эту систему.

«Жалоб примечательно мало», – говорит Линда Хаас, профессор социологии Университета Индианы, которая сейчас работает в Университете Готеборга. Гарантированный детский сад на полный день стоимостью максимум 150 долларов в месяц и оплаченный отпуск по уходу за ребенком с сохранением 80% заработной платы – это 3330 долларов в месяц, и «люди чувствуют, что их деньги окупаются».

А вот компании, которым приходится платить высокие налоги и отпускать как женщин, так и мужчин в непредсказуемые отпуска, не так в этом уверены.

До сих пор встречаются рассказы о мужчинах-сотрудниках, на которых оказывают давление, чтобы они не брали продолжительный отпуск, хотя это происходит все реже. Боклунд говорит, что его офис «был расстроен» из-за его продолжительного отсутствия.

Бодил Сонессон Галлон, директор продаж Axis Communications, IT- компании, которая специализируется на видеонаблюдении, признает, что отпуск по уходу за ребенком может быть нежелательным – для карьер и компаний. Она сожалеет, что детские сады принимают детей только с 12 месяцев, альтернативного ухода за детьми очень мало, а на родителей оказывается давление, чтобы они брали годичный отпуск.

Малому бизнесу сложнее всего справиться с отпусками, говорит София Бергстром, эксперт по социальному страхованию Конфедерации шведского предпринимательства, которая представляет 60 000 компаний. Еще хуже, чем отпуск по уходу за ребенком, говорит она – это 120 дней в год гарантированного отпуска для ухода за больными детьми, поскольку это невозможно запланировать заранее, и она подозревает, что таким отпуском часто злоупотребляют.

«Для бизнеса ключевой момент – это планирование наперед», – говорит Бергстром.

Однако широкие культурные перемены уже приобрели собственную динамику. Это показал опрос, проведенный Хаас и Филипом Хвангом, профессором психологии из Университета Готеборга. Всего 41% компаний сообщили в 2006 году, что они приняли формальное решение поощрять отцов брать отпуск по уходу за ребенком, по сравнению с 2% в 1993 году.

Некоторые менеджеры стараются выжать максимум из временных вакансий, чтобы протестировать потенциальных кандидатов. Другие говорят, что проще планировать длительные отпуска, и поощряют отцов брать отпуск на шесть месяцев, а не на три. Также развивается система гибкого рабочего графика. Даже сотрудники старшего звена могут уходить в 16.30, чтобы забрать детей из школы, но ожидается, что дома они выйдут в Интернет. Растет число работодателей, которые увеличивают государственные выплаты родителям до 90% зарплаты в течение нескольких месяцев.

Для многих компаний дружественные семьям рабочие места просто стали новым способом привлечения талантливых сотрудников.

«Раньше выпускники смотрели, где платят побольше. Теперь они хотят баланса между работой и жизнью», – говорит Горан Хенрикссон, директор человеческих ресурсов гиганта сотовых телефонов, компании Эрикссон, где 28% женщин-сотрудниц и 24% мужчин-сотрудников брали отпуск по уходу за ребенком. «Нам приходится адаптироваться».

Источник

VN:F [1.9.20_1166]
Rating: 10.0/10 (1 vote cast)
VN:F [1.9.20_1166]
Rating: +1 (from 1 vote)
Гендерное равенство по шведски, 10.0 out of 10 based on 1 rating

Похожие посты:

  1. Дом за 1 бакс
  2. Корова-соблазнительница
  3. Всегда в 1994
  4. Под венец ребенком
  5. Раненому спецназовцу пришили женские руки
Tags: ,

Добавить этот материал к себе в: Twitter, ВКонтакте, LiveJournal, Buzz, Facebook, Mail.ru, LiveInternet

Написать комментарий

8) :evil: :lol: :-| :oops: :) :wink: :-D :cry: :roll: :-o :-? 8-O :-P :( more »